суббота, 20 мая 2017 г.

Арт-галерея "7:31"



IMAGINARIUM


           
Четвертая в этом учебном году   выставка в Арт-галерее лицея   получила свое название с легкой руки  десятиклассников. «Ничего подобно не было! Это же IMAGINARIUM!»- восхищенно выдохнули они. Челябинский художник Алена Аскарова, автор  экспозиции, о модной нынче игре представления не имела, но с радостью приняла название.  Ведь  по сути любая встреча с настоящим искусством, как и вся жизнь, – игра.  Игра в  ассоциации, в установление  связей - с миром, ближним и самим собой. Игра, формирующая умение жить.  
Алена Аскарова – художник, находящийся в самом расцвете  сил.  Ее бурная жизненная энергия  направлена на два главных дела -  воспитание трехлетнего сына и  создание картин.

Экспозицию в арт-галерее составили 23 картины. По утверждению детей, играющих в  IMAGINARIUM, работы Алены Аскаровой в игровой банк уже входят. Эмоционально напряженные, внутренне конфликтные, они  допускают возможность самых невероятных, диаметрально противоположных интерпретаций.

Работы Алены Аскаровой, как и произведения представленных ранее 28 профессиональных авторов, выстраиваются в единый текст с определенной  внутренней логикой. И здесь  свой «берег левый – берег правый», своя сердцевина. Эзотерические полотна с затейливо-сказочными, фантазийными сюжетами  разместились на одной стороне. На другой – картины с реалистической доминантой. На молодые, прекрасные лица с закрытыми глазами с противоположной стены  смотрят старики. Символические женские образы - и обыкновенные люди из толпы. Не типичное ли для романтического сознания столкновение мечты и действительности?  Между двумя стенами-берегами  картина, имеющая ключевое значение, в ней точка пересечения смыслов.  На полотне изображено могучее дерево. Конечно, предметный образ восходит к архетипическому образу древа жизни, это символ, объединяющий разные  смысловые берега экспозиции. Но очевидный  свет полотна открылся только через месяц жизни картины в галерее. Произошло это  благодаря ясному детскому взгляду.  Древо – фон. Это среда существования  ростка – перышка – листка - язычка пламени.   
Несмело поднимается его сияние из  переплетения корней, из сердечных глубин. И называется картина «Пробуждение». Ощущение себя как неповторимой малости и как части огромного временного потока,  восхищение чудом собственного явления в мир выражено на картине.   Пробуждение - уже  не сон и еще не явь. Еще не открытие, но уже порыв и прорыв. Мудрость как  основа бытия, воплощенная в образе могучего дерева, и младенчески трепетное, беззащитное  начало жизни, загорающаяся искра Божья  – две противоположности, два конца оси, на которой держится  художественный мир мастера.


Вообще, мотив равновесия  определяет звучание многих произведений  художника.  На картине «Осеннее равноденствие» он представлен явно. В народном календаре день осеннего равноденствия особенный, он приоткрывает двери в вечность и дарит человеку возможность внутреннего пробуждения и обретения душевного равновесия. Дивный женский образ – воплощение красоты, осеннего довольства и природной полноты. Чуть покачнувшиеся от взмаха крыльев птички концы коромысла как знак зыбкой граница между теплом и холодом,  между бурлящей жизнью и зимним сном. В руках девушки фонарь с живым огнем. Только с этим негасимым теплом можно пройти через мрак и холод.



К символистской живописи Густава Климта и к причудливым восточным арабескам  тяготеют картины «Колыбель» и «Дуа». Их янтарно – медовый колорит,  изысканное декорирование, орнаментальная пластика, сюжетное перетекание из  одного возраста – состояния в другое завораживают. Созерцание полотен сродни медитации
В прозрачно – золотой  капле дробится и множится прекрасный образ, символ женственности.  Музыкальная линия рук перерастает в дивную мелодию: лелеющие каплю жизни ладони переходят пределы частного пространства и обретают силу ангельских крыльев, дарящих внутреннее прозрение и защиту. Художник, кажется, ткет саму материю жизни. В странном, причудливом переплетении золотых светоносных нитей, в   ниспадающих потоках роскошных восточных тканей и  драгоценных ожерелий  проступают  женские лица – лики, одухотворенные созерцанием сокровищ собственной души.  Эта же мелодия звучит  в картинах «Жемчужница» и «Весенние цветы». 

Лицезрение себя у Алены Аскаровой не самолюбование. Это особое состояние, не имеющее ничего общего с нарциссизмом. Оно воспринимается художником как норма существования человека, особенно молодого. На всех эзотерических полотнах настойчиво повторяются детали: прекрасные лица изображаются с закрытыми глазами. В европейской традиции это  знак сна или даже  смерти. У Алены Аскаровой деталь приобретает мощный жизнеутверждающий смысл и становится символом самозарождающейся жизни, колоссальной внутренней концентрации, сосредоточенного взращивания своей жемчужины.


Принято считать, любое значительное произведение – это месседж, то есть послание, суть которого открывается посвященным. «Ты сам себе творец и созидатель», «Есть целый мир в душе твоей», «Я и садовник, я же и цветок» - поэтические послания великих. Созвучная с этими формула жизни одухотворяет  полотна Алены Аскаровой.  Без декларативности, назидательности она  создает свой месседж: ты сам отвечаешь за свою судьбу, искра Божья в тебе, остров сокровищ не в далях неведомых, ты сам и есть остров. Смотришь на картины и понимаешь, ты  драгоценный сосуд с мерцающим огнем, дудка Божья, раковина и жемчужина. В собственном пульсе начинаешь физически ощущать биение светлой, радостной, детской энергии,  которую  генерируют полотна.




С эзотерическими  контрастируют  картины с реалистической доминантой. На них изображены старики.  Они узнаваемы. Кажется, в пестрой восточной толпе подобные лица не редкость. О судьбе героев говорят названия портретов - «Дервиш» (нищий), «Чистильщик обуви». Если следовать стереотипам, легко выстроить ассоциативный ряд: «униженные и оскорбленные», «бедные люди», «малые мира сего». Они нуждаются в нашем участии, они вызывают сострадание, они побуждают к милосердию. Но картины о другом. Философия автора опровергает привычную логику. Противоречия между  бедностью и богатством, молодостью и  старостью художник как будто снимает. Лица стариков у Алены Аскаровой  далеки от физического совершенства, но абсолютно прекрасны.   Такое отношение к старости  характерно для восточной культуры. Закат жизни в интерпретации художника — это гимн настоящей красоте. Узловатые руки, испещренные морщинами лица, согбенные фигуры – все тонко прописанные детали, праздничный колорит  как будто эстетизируют старость и приближают нас к пониманию истинной природы красоты.   Она не в безупречно совершенной внешней форме. Это «огонь, мерцающий в сосуде», он и светит, и греет.  Его хватает на всех.

Как притча воспринимается картина «Чистильщик обуви». Князь, царь, бог по выражению лица, по стати и сути, он вдохновенно начищает пыльные башмаки. У ног его, кажется, царство раскинулось. А это  всего лишь затейливо изукрашенная  подставка под нехитрые принадлежности. Золотисто сияющий колорит создает ощущение полноты  и богатства жизни. Простая и великая истина  отражена на полотне: нет маленьких людей и незначительных дел, все зависит от твоего отношения к себе, к делу  жизни, к миру; ты сам – источник блага.

Старики Алены Аскаровой – дарители по своей природе. Об этом картина «Собиратель звезд».  Удивляет ракурс изображения. Дивный танец-кружение голубей, звезд и человека видится с немыслимой высоты и   определяется  вдохновенным, каким-то дирижерским движением прекрасных  рук.  Старик не собиратель сокровищ, как герои эзотерических картин. Красоты так много в  мире, так щедро наполнилась светом душа старого человека, что не раздаривать обретенные ценности невозможно. Формула «жизнь есть дар», воплощенная в картинах о молодости,  приобретает у художника в картинах о старости  другой смысл: жизнь есть дарение.

И еще об одном портрете. Старая татарка в национальном костюме. Парадоксальное название «Бисер». И снова противоречие: оно касается уже способа изображения. Характерное лицо прописано реалистично.  А вот одежда - условно. Национальный орнамент, украшающий платок и платье татарки, неожиданно перетекает в фон, перестает восприниматься только как деталь одежды.  Плоскостное изображение орнамента становится  важным само по себе.  Математически выверенный ритм создает ощущение частного и общего времени. Жизнь человека, включенная в контекст национальной культуры, обретает черты универсума. Портрет – своеобразная модель жизни. На нить судьбы нанизывается микроскопический бисер, и сам человек-мастер застилает  неповторимым  и традиционным  узором простое полотно жизни.  Получается счастье. А простое лицо старой татарки становится воплощением истинной красоты. Особую теплоту картины чувствуешь, когда узнаешь, что это любимая бабушка Алены.



Свой философский сюжет имеют натюрморты. К постижению их смысла можно двигаться через рассматривание деталей. Тыквы, ветки рябины и калины, домотканая дорожка, керосиновая лампа – эти  предметы сами по себе намеренно простые, обыденные. Но какой роскошный колорит! Как великолепны золоченые рамы!  Как  торжественны музыкальные  названия -  «Осень догорает», «Прощальная симфония»! Какое ренессансное изобилие и изысканность во всем! Художник как будто открывает потаенный смысл в знакомом и привычном и творит свой вариант сказки о Золушке и обыкновенном чуде. 

Повод задуматься о взаимодействии содержания и формы дает натюрморт «Анютины глазки».  В картине нет композиционного  центра. Длинное полотно можно разделить  и сделать 2-3 чудных вертикальных натюрморта. Но изображение простеньких цветов сковано великолепной  рамой. На первый взгляд она кажется избыточно тяжелой и даже неуместной. Но вкусу художника нельзя не доверять. Трепетное движение жизни она намеренно задержала  и на явлении обыкновенном  поставила свою мету чудесного: «Смотри. Сокровища здесь, сейчас,  рядом, под ногами».

Смысловые потоки картин Алены Аскаровой  часто выходят за собственные берега. Так, в теплом, домашнем натюрморте с геранью на фоне кружевного окна естественно прорастает музыка стихотворения Пастернака «Снег идет…».  

Уже после завершения выставки открылся  еще один смысл  картины «Пробуждение».  Он оказался созвучным с пастернаковским «Гамлетом».  Полотно перевернули и на изнаночной стороне холста  прочитали мексиканскую пословицу:  «Они хотели нас похоронить, но они не знали, что мы семена». И  ровное философское течение взорвал мощный экзистенциальный  поток.  Бытие обращено в смерть, человек обречен. Но вопреки этому, он может подняться до обретения веры в замысел Творца, до  подвига жертвенной любви и противостояния судьбе. 

«Надо жить, надо любить, надо верить», - настойчиво  советовал толстовский герой Пьер Безухов своему другу Андрею. А тот мучился и сомневался. Но шел к обретению себя. Картины художника тоже побуждают к  восхождению через преодоление уныния. И убеждают: правда в красоте и радости.

Экспозиция стала поводом для хорошего диалога с художником, друг с другом и самим собой. Название одной из картин –  моностих «Смахни с души печальный сон». Пятиклассники превратили его в начало своих ямбов и гимнов «К радости».



И в IMAGINARIUM на галерейных уроках, конечно, сыграли. Вот какие ассоциации по поводу картин  возникли. «Песчинка», «Водопад времени», «Благостыня», «Маргарита в детстве», «Блаженные», «Пророк», «Дней связующая нить», «К радости», «Аллилуйя!», «Запредельность», «Дыхание цветка», «Расцвет», «Все и ничто», «Душа», «Я червь, я Бог», «Дыхание на стекле вечности», «Приют для терпящих крушение», «Снежность», «Благодарение», «Узоры судьбы», «Рождество», «Предназначение», «Благолепие», «Жизнестроительство», «Знамение», «Несказанный свет». Осталось  угадать картины, ставшие источником дивных ассоциаций, и наполниться силой их волшебной живой воды.  

Елена Баталова, куратор выставки 

пятница, 24 марта 2017 г.

Свет небес высоких

Арт-галерея «7:31»
8.02 – 15.03. 2017



«Свет небес высоких»
О выставке живописи и графики Илюса Хасанова «Благодарение»


     «Художник должен быть восхищенным, без восхищения нет искусства». Эти слова произнесены Илюсом Хасановичем Хасановым во время погрузки картин, что называется, всуе. В суете, но о сути: о главном в жизни и творчестве. Благодарное отношение к миру сочетается у этого человека с даром созидания. Показательна реакция людей, знающих художника, на имя: все начинают улыбаться, потом радоваться новой встрече с картинами. Первые зрители открывшейся в арт-галерее выставки Илюса Хасанова во мнении были единодушны: много хорошего было, но эта, 27 экспозиция, самая душевная. И название у нее как подарок от сердца – «Благодарение».
     40 работ художника, главным образом пейзажи, воспринимаются как одно панорамно-мозаичное панно. Можно прибавлять, убавлять количество работ, менять их местами, суть не меняется. Во-первых, потому что она, суть, есть; во-вторых, потому что все произведения объединяет одна тема – тема любви, одно состояние - состояние благоговения.
Природная мудрость художника от кровной связи с родиной. Выходец из башкирской глубинки, он рано почувствовал свое предназначение. Хотя трудная жизнь в послевоенной деревне, кажется, не давала возможностей для творчества, в сельской школе была устроена первая выставка будущего художника. Она состояла из одной картины. Всего из одной, потому что больше картин не было. Во время службы на флоте произошла судьбоносная встреча. Сослуживец Илюса Хасанова собирался поступать в художественный институт. Первые и очень важные профессиональные уроки преподаны им: если хочешь творить, надо постоянно работать. Из армии Илюс Хасанов отправил домой две посылки с этюдами. Но начало профессионального пути было подобно запрыгиванию в последний вагон уходящего поезда. Только на тридцатом году жизни Илюс Хасанов стал студентом художественного училища. Еще год, и возрастной барьер не позволил бы учиться.
     И снова о родине…В лихие 90-е, как шутили друзья, «Родина» помогла художнику. Может быть, она стала источником вдохновения? Или он дождался на родине признания? И да, и нет. Как и многие в то время, Илюс Хасанов оказался на грани выживания. Чтобы заработать на хлеб насущный, вместе с несколькими товарищами по цеху он начал рисовать около кинотеатра «Родина» портреты. В уличном потоке его творчество оказалось востребованным. Тяжелая поденщина имела свои положительные стороны. Благодаря мгновенным портретным сеансам, художник «набил руку». Точность, скорость, легкая стремительность письма стала отличительной чертой его стиля.
     Сейчас без Илюса Хасанова культурное пространство города представить невозможно. Член Союза художников РФ, участник и автор многочисленных выставок, он имеет и неформальное признание. Картины Илюса Хасанова иногда крадут. А в 1999 году едва ли не все его работы, включая студенческие, купил и вывез за границу представитель аукциона «Сотбис». Судьба украденного и вывезенного неизвестна. Но характер творчества художника вселяет уверенность: его картины радуют кого-то, в заточении и забвении они не могут находиться. Секрет их жизнеспособности, возможно, в особой природе света на картинах.
    
Сияние, прозрачность, закатно-рассветные переходы характерны для пейзажей художника. Кажется, создать такие эффекты можно только акварелью или пастелью. А у художника поразительную пластику приобретает гуашь. В материале скорее плакатном, нежели живописном, Илюс Хасанов открывает акварельную легкость и графическую стремительность. Вместо традиционной монотонности гуаши – цветовые переливы и перезвоны. Материал диктует ритм. Гуашь быстро сохнет и требует от художника скорости и точности. Цветовые аккорды соединяются в блистательный экспромт, сюжет которого составляет продленное мгновение. Кажется, каждое произведение создано в коротком и стремительном порыве. Но, оказывается, многие картины пишутся годами. Их легкость видимая, тут свои «тысячи тонн» переработанной руды.
     Всматриваешься в изображение с близкого расстояния и улавливаешь связь с картинами импрессионистов: движение жизни передано при помощи объемного, быстрого мазка. Надо чуть отдалиться от полотна, чтобы почувствовать воздух, звуки, ароматы, настроения. Когда-то стихотворения Фета уподобили восхищенному вздоху и назвали поэта предтечей импрессионизма. Лирическая живопись Илюса Хасанова с поэзией Фета очень созвучна. На одном дыхании произнесено:

Чудная картина,
Как ты мне родна:
Белая равнина,
Полная луна,

Свет небес высоких
И пушистый снег,
И саней далеких
Одинокий бег.

     Любой пейзаж художника, как в стихотворении поэта, перерастает пределы рамы. Вдруг разворачивается перед глазами не картина, а материя жизни - с гомоном птиц, живым шуршанием листьев, квохтаньем кур, дуновениями ветра, скрипом снега, ароматами цветов, тихим светом в окнах. Смотришь и думаешь: все знакомо, видено тысячи раз. Но вот так пронзительно, красиво и душевно воспринято впервые. Детально проработанный сюжет у художника обнаруживает мощное подводное течение, сила которого в твоем сердечном движении навстречу красоте и свету. Когда-то Иван Бунин об этой сверхзадаче искусства сказал так:

Нет, не пейзаж влечет меня,
Не краски жадный взор подметит,
А то, что в этих красках светит
Любовь и Радость бытия.

     Красота благодарения и благоговения светит и в красках художника. Пейзажи мастера естественно включают тебя в сердечный разговор, рождают неожиданные ассоциации. Они перекликаются с тем, что за пределами реального времени художника. Вот впечатление, как у Клода Моне. Вот осень, как у Левитана. Вот есенинская «дремлет взрытая дорога». Вот теплота поленовского «Московского дворика». Вот пушкинские «мороз и солнце». Вот мелодии «Времен года» Вивальди. Вот невероятное лунное сияние Куинджи. Вот знакомые реалии жизни: дороги, церковки, рощицы, сады, домишки…При этом художник никому не подражает, никого не иллюстрирует и прямо не цитирует. Просто соединяет в своем опыте разные культурные традиции с живым движением жизни и приобщает нас к сокровенному моменту, когда «кончается искусство, и дышат почва и судьба». Парадоксально, но картины, постоянно перекликающиеся с дорогими словами, мелодиями, впечатлениями, по-доброму молчаливы. Они располагают к благостному одиночеству, создают атмосферу уединения и живого ощущения того, о чем не поминается всуе.

Такая тишина была,
Что в ней был слышен голос бога.

     Это бунинское творческое откровение и ощущение нечаянно рождающейся истины присуще художнику.
     Говорят, нет благодарности – нет благодати. Чувством признательности дороге, воздуху, цветам, детям, деревьям, светящимся окнам и небесам дышат картины Илюса Хасанова. Хочется верить, что за все прекрасное и светлое мастеру воздастся сторицей - добром, счастьем, вдохновением, благодатью.

***

     Теплые впечатления оставляют встречи с художником. Многие зрители говорят о них как о значительном событии жизни. Шутка ли, повидаться с большим мастером, к тому же абсолютно счастливым человеком! Во время одной из встреч Илюс Хасанович поделился сокровенным переживанием.
     - Когда начинается новый день… 
     Тут он приостановился, а слушатели достроили фразу: «Чувствую себя счастливым», «Говорю спасибо жизни». Но Илюс Хасанович тихо произнес:
     - Я боюсь.
     И голос дрогнул, и узловатые руки стали неловкими.
     - Боюсь, что Бог лишит меня таланта, что уже не достигну прежних высот. Мне страшно, что не будет сил рисовать.
     Художник милостью Божьей, к счастью, продолжает неустанно трудиться. Благодарного благодать не обходит, и в красках Мастера снова и снова растворяется «свет небес высоких».

Елена Баталова

пятница, 3 февраля 2017 г.

Оптика видения



Арт-галерея «7:31»
15.12.2017 – 01.02.2017

Оптика видения:

«Макромиры» Виктории Питиримовой и «Микромиры» Александра Карпенко



Мир в декабре видится праздничным. В  новогодние дни волшебную оптику  зрителям галереи «7:31»  подарили два челябинских художника. На выставке под названием «Ракурсы реальности» представлены живописно-графические работы Виктории Питиримовой и деревянная пластика Александра Карпенко.



Экспозицию можно воспринимать как развернутый диптих.  Два высказывания  о мире созвучны: картины Виктории Питиримовой и скульптуры Александра Карпенко создают атмосферу карнавального  преображения обыденности. У обоих художников сквозь бытовые образы, житейские подробности просвечивает план бытийный, сущностный. Но у Виктории Питиримовой этот план крупный, она видит реальность как будто через увеличительное стекло или даже телескоп.  У Александра Карпенко масштабы противоположные: он уменьшает явления до размеров почти микроскопических.  Если картины   Питиримовой требуют восприятия на расстоянии,  то к скульптурам  Карпенко нужно подойти вплотную, они требуют близкого рассматривания. Зрительного «перебива» не возникает. Макромиры и микромиры взаимодействуют: миниатюры скульптора обнаруживают многослойность реальности, взятой крупным планом на картинах  художницы.  По степени  эмоционального напряжения скульптуры и картины резонируют друг с другом  и воспринимаются как прихотливо переплетенные лирико-иронические потоки, пульсирующие теплой энергией.
***
Деятельность Виктории Питиримовой  в культурной жизни города явление очень заметное.  Она преподает в изостудии Дворца пионеров и школьников, работала главным художником Краеведческого музея, ее трудом и талантом созданы оригинальные интерьеры. В Челябинском музее изобразительных искусств недавно успешно прошла выставка «Ракурсы реальности». Член Союза художников России, Виктория Питиримова  хорошо известна в международных творческих  кругах, она лауреат престижных профессиональных форумов.
На выставке в галерее «7:31» представлена небольшая часть работ художника: 15 картин и 8 фотографий интерьеров. Но при ограниченности  объема экспозиция создает представление о масштабе и многообразии  творческих поисков автора. Росписи стен, фотопечать, офорты, живописные полотна – разные по технике исполнения, по жанровой природе,  работы находятся в живом взаимодействии. Мимолетное на полотнах  воспринимается как часть непрерывного жизненного потока и  переводится в план бытийный, философский.   При этом обаяние и неповторимость конкретного образа-переживания не теряется.

Как лирическую доминанту живописного текста можно воспринимать триптих «Падал прошлогодний снег…». Второе его название - «Ленка пошла за кефиром». К  торжественности первого оно  добавляет мягкую иронию.  
Житейское, бытовое становится неотделимым от  житийного и вечного. Уж не сказочное ли преображение смешной и нелепой героини происходит в кружении волшебного снега?  
В тусклом свете городских фонарей вдруг  явным становится «свет небес высоких». А  последняя часть триптиха вводит произведение в контекст полотен  Марка Шагала или стихотворений Александра Блока
В суетном хождении по кругу возможность вершить невиданные полеты, оказывается, есть…
Жизнь произведений В. Питиримовой в физико-математическом лицее располагает к числовым интерпретациям. 15+8= 6+1=1. Так одним из зрителей выражена мысль о содержании и форме увиденного.  Лишенное на первый взгляд логики,  математическое  выражение  дает представление  о живом взаимодействии  художественных  мелодий. 15 полотен – это 6 произведений в нескольких частях (циклы «Дом - ковчег», «Свитки», «Парк», «Падал прошлогодний снег…», «Хлопоты» и «Сон», «Пояснения к «Хазарскому словарю»). 8 фотографий настенных росписей похожи на полифоническую  фреску,  развернутую в разных пространствах. И все  это создает единый образ наполненного живым теплом  Мира – Дома – Ковчега.
 В диалоге - диптихе двух художников определенно присутствует третье лицо. В поле зрения торопливого зрителя  эта значительная фигура может и не попасть. Речь идет об искусствоведе Елене Щипициной. Ее интерпретации и произведения  художника - редкий случай равнозначности. Это явление перехода искусствоведения в искусство. Знаменательный факт: на Международной биеннале современной графики в Калининграде Виктория Питиримова и Елена Щипицина  были отмечены высокими наградами. Первая - как художник, вторая - как куратор выставки.
***
Деревянная пластика челябинского скульптора Александра Карпенко, как  и  работы Виктории Питиримовой,  - явление с метой чудесного. 
В  Челябинск художник  приехал  из Казахстана в 2000 году сложившимся мастером. Он участник всесоюзных и международных выставок, его скульптуры известны во всем мире,  часть  работ находится в музеях и частных коллекциях.  Судьбу А. Карпенко определил его величество случай: в  художественное училище Прикарпатья на  отделение художественной обработки дерева  попал нечаянно – по линии студенческого обмена между Казахстаном и Украиной. Оказалось, это был перст судьбы: задатки скульптора у Александра Карпенко были от природы.


Стиль жизни художника определяет полная погруженность в творческий процесс. Кажется, вектор социальной направленности в ней существенной роли не играет: в уединении он создает свое  живое древо познания и  чувствования мира. В тесной мастерской художника сотни работ. Образы обступают толпой. В ней теряешься. За один раз можно рассмотреть немного, и память удерживает 5-6 скульптурных сюжетов: очень высокая концентрация чувства и смысла.
             На выставке в галерее «7:31»представлено 13 воздушных скульптур. Слово «воздушные» здесь не эпитет. Работы художника в прямом смысле парят в воздухе, они между небом и землей. Возникает парадокс: созданные художником образы вступают в противоречие с самой природой скульптурного искусства и материалом. Форма их существования как будто отрицает силу тяжести. Мотив легкости, парения, полета объединяет все произведения. Романтика! Но, что удивительно, почти все герои смешные, даже карикатурные. Образы как из мультиков. С ними сразу же чувствуешь себя на короткой ноге. Благодаря этому обаянию, легко и просто осознаешь ни много ни мало «вечные истины». Конкретный предмет здесь как вершина айсберга. Виртуозно, в тончайших деталях проработанное изображение – знак надпредметного смысла, образ-символ, овеществленная развернутая метафора. 
            Многие произведения А. Карпенко названий не имеют. Когда монтировалась экспозиция, в связи с этим возникли сложности. Как куратору выставки, мне нужно было формально  перечислить в документе-описи каждую из 13 работ, потом  под какими-то названиями представить их на выставке. Назвала то, что увидела, конкретно: «Кот на лыжах», «Одуванчики», «Баскетболист» и т.д. Мои попытки оказались тщетными: автору не понравилось. Художник предложил пойти по другому пути: «Поясните зрителям, что там, а они вам смысл откроют». Сработало.  Вот что из этого вышло. 
«Летящая девочка» - «Бепечность», «Высший пилотаж пузиком вниз», «Ангелы не падают»

«Фея» - «Домашние хлопоты»

«Вороненок» - «Ты кто?», «Прелесть нелепая», «Первый полет», «Попытка», «Чтобы взлететь, надо упасть»

«Воровайка» -  «Такой вот сосед», «Дайте-ка кусочек», «Сам возьму», «Я от Посейдона»

«Часы с кукушкой» - «Возмездие», «Когда растут крылья», «Переворот», «Ирония судьбы», «Эффект бумеранга», «Разрыв стереотипов»

«Кот на лыжах» - «Запуск», «Тот, кто высмеивал корову на льду» 

«Баскетболист» - «Целеполагание», «В яблочко», «Нет цели – нет жизни», «Есть только миг»
«Рыба - чудовище» - «Спасение», «Иллюзия безопасности», «Приют для потерпевшего», «Злое добро» 

«Рыбак» - «Мечту надо приманивать», «Ловец удачи»



Триптих «Одуванчики» - «Мироздание», «Легкость бытия», «Маленький принц», «Невесомая тяжесть», «Когда ты влюблен»

К какому жанру тяготеют работы художника?  Конечно, к тончайшей графике. Как ни странно, к притче, философскому трактату, афоризму, иронической поэзии, лирическому стихотворению, музыке. И вновь парадокс. Как в неподатливом дереве возможно передать нюансы чувств и  движение мысли? С кем  в соперничество или союз вступает этот творец? Одна из композиций, представленных на Рождественской выставке в зале Союза художников, имеет странное название  - «Еще вчера сегодня было завтра…».  Одностишье с романным сюжетом,  исповедь, ироничный монолог о планах и итогах… И это в дереве?


***
Эффект  преображения у двух художников происходит со всем, что попадает в поле их художественного видения. Изображения предметов, животных, пейзажи очеловечиваются и трансформируются в другой жанр - внутренний портрет человека. Человека не только создающего художественный мир, но и человека, этот мир лицезреющего. Если пристрастно смотришь на полотна и скульптуры, то добираешься до личного, сокровенного, важного – до сути. Встреча с собой приятно удивляет. В этом, наверное, главный секрет оптики, сквозь которую видят мир два художника.
Елена Баталова